Министерство
здравоохранения Кузбасса

Приемная
+7 (3842) 36-42-84
Горячая линия
+7 (3842) 58-43-56
Отдел по работе с обращениями граждан
+7 (3842) 58-78-59

Газета «Кузбасс» о процессе укрупнения государственных больниц, стартовавшей в Прокопьевске

Процесс укрупнения государственных больниц, стартовавший в Прокопьевске в январе нынешнего года, не все местные жители воспринимают положительно. Насколько обоснованы и перемены, и недовольство горожан? В этом разбирался наш корреспондент.


«Вы чье, старичье?»

Так озаглавила свое письмо в редакцию член Союза журналистов России прокопчанка Наталья Ткаченко. Речь в нем шла о переезде на другой адрес горбольницы №2 города Прокопьевска. Приведем его с некоторыми сокращениями:

«Дверь палаты медленно открывается, появляется табурет, которым «управляет» баба Дуся. Ей 92 года. В хосписе она более двух лет. Когда началась война, семья жила на Алтае. Ей было 12-13 лет. В селе остались только подростки да дед, который руководил их работой.

Этого высокого, подтянутого мужчину по-домашнему зовут Степанычем. Он в хосписе уже четыре года. Не очень общительный, не любит компании даже у телевизора в комнате отдыха. Ему 80 лет. Столько и другому пациенту. Он, как и Степаныч, живёт здесь четыре года, у него два высших образования. За таких пациентов родственники ежемесячно вносят плату. У каждого отдельная палата.

Напротив меня лежит молодая женщина с онкологией. Дома её ждут трое детей: младшей четыре года, старшему, с ДЦП, 11 лет. Пока они под присмотром бабушки (у неё кардиостимулятор) и бывшего мужа…

В палатах тепло, небольшие новые холодильники, очень чисто. Персонал доброжелательный. Но пациенты обеспокоены грозящим переселением. В частности, хоспис предполагается перевести в здание бывшего отделения радиологии горбольницы №1. Моя соседка по палате лежала там летом. Из-за холода пришлось носить тёплый спортивный костюм днём и ночью. О каком комфорте для старых людей, вынужденных жить в хосписе годами, может идти речь? Кто будет их одевать и укрывать там? Ведь в хоспис они все угодили только потому, что нет возможности ухаживать за ними дома. Чернобыль до сих пор является зоной отчуждения. Надумав переселить в бывшее отделение радиологии стариков, не имеющих онкологических заболеваний, не отправят ли их в такую же зону? Ведь там пациентов не держали более определённого времени.

Корпус хосписа отремонтирован: заменена крыша, поставлены пластиковые окна, приведена в порядок система отопления. Зачем бросать всё это на произвол судьбы? Неужели больница, построенная в трудные послевоенные годы ветеранами, вернувшимися в город по окончании войны, в наше время не нужна?»


В декорациях разрухи

Мы побывали в городской больнице ветеранов войн (так гласит надпись над главным входом в ГБ №2). Расположена она в не самой благополучной части Прокопьевска, называемой местными «район кирзавода». Тырган с многоэтажками «настоящего города» находится совсем в другой стороне. А здесь – частный сектор, угольно-черный снег вдоль дороги и остовы разрушенных зданий бывших шахт, которые тянутся почти сплошной чередой. Впечатление такое, будто ты попал в декорации фильма про гибель цивилизации…

Один из двухэтажных корпусов ГБ №2 был построен в конце 1940-х, другой – в 1960-е годы. На фасадах – осыпающаяся штукатурка. Интерьеру подходит определение «чистенько, но бедненько»: беленые потолки, выкрашенные голубой масляной краской стены, на полу линолеум, местами в многочисленных аккуратных заплатках. Но окна действительно новые, в палатах, рассчитанных максимум на четырех человек, тепло. Имеются и холодильники, и многофункциональные кровати, позволяющие без усилий менять положение пациентов…

На постоянной основе в больнице работают всего три доктора: главврач и два заведующих отделениями. В неврологии «своего» невролога нет вообще, по очереди приезжают совместители. Но местные жители, среди которых немало пенсионеров, очень хотят сохранить этот стационар рядом с домом.


О путешествиях во времени

«Это поликлиники должны быть приближены к людям, а стационары в пешей доступности – непозволительная роскошь, – возражает главный врач горбольницы №1 Евгений Белов. – Население Прокопьевска сокращается примерно на две тысячи человек в год, в том числе – за счет отрицательной миграции. И госзадание на оказание гражданам бесплатной медицинской помощи тоже пропорционально сокращается».

Главврач, которого назначили ответственным за оптимизацию медицины Прокопьевска, не лукавит. В середине 60-х годов прошлого века численность населения города достигла максимума, приблизившись к показателю в 300 тысяч человек. К началу 2019 года она сократилось на треть – до 192 тысяч. И строившийся в лучшие годы «соцкультбыт» оказался избыточным.

«Здравоохранение города располагает сегодня чрезмерным количеством помещений, – уточняет Евгений Белов. – Общая площадь ГБ №2, например, вместе с гаражом и прачечной составляет 5000 квадратных метров. А лечатся здесь только 75 больных: 25 – в одном двухэтажном корпусе, где развернут хоспис, и 50 – в другом, где находятся терапия и неврология.

В городской детской больнице Прокопьевска, где расположены детская поликлиника и стационар, из шести этажей заняты только четыре. В ГБ №1 простаивает корпус радиологического отделения: в связи с тем, что проводить здесь лучевую терапию по техническим причинам стало невозможно, его закрыли, перенаправив потоки больных в Кемерово и Новокузнецк. Этот ряд примеров можно продолжать. Медучреждения несут колоссальные расходы на содержание пустующих помещений, прежде всего – на их отопление. А отключить от тепла часть здания нельзя.

С другой стороны, в разбросанных по всему Прокопьевску маломощных больницах катастрофически не хватает врачей. Средняя укомплектованность кадрами по городу составляет сегодня 50%. А есть отделения, где этот показатель не поднимается выше 20%, то есть вместо пяти докторов там работает один.

Поэтому в администрации области и было принято решение оптимизировать лечебную сеть города, создав одну крупную городскую больницу. В ее состав войдут десять медучреждений: горбольницы №1, №2, №3 и №4, городская поликлиника, городская детская больница, областная травмбольница, стоматологические поликлиники №1 и №2 и молочная кухня. В результате амбулаторно-поликлиническая помощь останется в пешей доступности для пациентов. Стационары будут укрупнены. Освободившиеся здания перейдут в распоряжение комитета по управлению госимуществом. Здравоохранение сократит расходы по их содержанию».

Процесс реорганизации, начавшийся в январе, в лучшем случае завершится к июлю: объединенной больнице нужно получить лицензии на новые для нее виды помощи, где-то сделать ремонты, закупить мебель…

«По итогам реорганизации среднегодовая экономия на административно-хозяйственных расходах составит 50-60 миллионов рублей, – поясняет Евгений Белов. – Сейчас просроченная кредиторская задолженность городских медучреждений перед партнерами составляет 106 миллионов. Если не принять меры, через несколько месяцев все больничные счета будут арестованы по суду, начнутся невыплаты зарплат медикам, как в 1990-е. Допустить этого нельзя».


Не прихоти ради

Большинство вопросов, связанных с переездами, пока что находится в стадии проработки, ясность есть только по ГБ №2: терапию и неврологию решено переселить на пустующий этаж детской больницы, хоспис – в одноэтажный корпус бывший радиологии. Здесь тоже бедненько, но чистенько. Разве что линолеум кое-где драный. Но время положить заплаты еще есть.

«В связи с тем, что пациенты хосписов маломобильные, их рекомендовано размещать на первых этажах, – комментирует ситуацию Евгений Белов. – Помещений для бюджетного 25-коечного отделения в радиологическом корпусе достаточно. Платных индивидуальных палат пока что не будет. Мы откроем их позже, когда завершится утилизация оборудования, и мы сможем отремонтировать другую часть здания».

Тут необходимо пояснить. Хосписы и отделения паллиативной помощи предназначены для неизлечимых пациентов в тяжелой стадии заболевания. В основном для раковых больных, но не только. В идеале пребывание здесь ограничено несколькими неделями, в течение которых больному должны подобрать адекватную терапию, включая обезболивание, и выписать его в семью. Чтобы человек провел отпущенные ему дни без физических страданий, в кругу родных и близких. Но бывает, что из-за тяжести состояния выписать пациента нельзя. Тогда отделение паллиативной помощи становится для него последним приютом…

Старики, живущие в прокопьевской ГБ №2 годами, о которых написала наша коллега, это другая история. Для них хоспис играет роль хозрасчетного пансионата для пожилых. Для отдельно взятой семьи возможность поместить сюда близкого человека – великое благо, и люди хватаются за этот спасательный круг. Ведь оставить работу, чтобы самим ухаживать за родственником, могут немногие: на одну пенсию вдвоем не проживешь. Однако вопросы выживания стоят сегодня не только перед отдельными семьями, но и перед всей медициной города, переживающей глубокий кризис…

«Пообещайте, что отремонтируете другое крыло нового хосписа в первую очередь», – прошу я главного врача.

«Не хочу врать, – не соглашается Евгений Белов. – Вы не видели, в каком состоянии находится отделение детской реанимации. И в каких условиях работает оперблок. И рентгенкабинет, над которым бежит крыша… Дыр, которые нужно латать срочно, великое множество. Я очень хочу донести до жителей Прокопьевска главную мысль: начавшиеся перемены – не чья-то прихоть, а жизненная необходимость, условие для выживания и пациентов, и самих медиков».

Фотография и текст с сайта газеты «Кузбасс». Фото Федора Баранова.

Новости